Title: З
Author: Иванов-Унаров
Last saved by: Svetlana
Company: Home

З.И.  Иванова-Унарова
Профессор кафедры искусствоведения АГИКИ
и кафедры культуры и искусства ЯГУ

Якутская одежда в Американском музее естественной истории

В 1992 г. мы,  два искусствоведа из Якутска, Ивановы-Унаровы Зинаида Ивановна и Владимир Харлампьевич, получили грант фонда Сороса для работы в Американском музее естественной истории в Нью-Йорке над сибирской коллекцией, собранной Северо-Тихоокеанской  Джезуповской экспедицией в 1897-1902 гг. Коллекция оказалась такой богатой, что и позже  нам пришлось дополнительно поработать, особенно для перевода монографии Иохельсона "Юкагиры и юкагиризованные тунгусы" с английского на русский. Книга вышла в 2005 г. в издательстве “Наука”  в Новосибирске. Для иллюстраций были сняты фотоотпечатки с подлинных негативов, хранящихся в Американском музее естественной истории. . В 1997 г. американский музей организовал Международную конференцию в Нью-Йорке, посвященную 100-летию Джезуповской экспедиции , в которой из Якутии участвовало 6 человек. .
Целью этой грандиозной по масштабам экспедиции было глубокое изучение материальной и духовной культуры коренных народов, населяющих Северо-Тихоокеанское побережье, в том числе чукчей, юкагиров, эвенов, эвенков и коряков. Инициатора экспедиции Франса Боаса в том числе интересовали генетические и этнокультурные связи между народами Севера Российской Арктики и Северной Америки, которые   должны были иметь тесные контакты, когда Берингов пролив представлял собой "сухопутный мост" между двумя материками. 
Российскую часть экспедиции возглавили Владимир Иохельсон и Владимир, имевшие ранее опыт этнографической работы в Сибирской экспедиции. Ими собрано более шести тысяч этнографических экспонатов, представляющих древнюю культуру ламутов (эвенов), тунгусов (эвенков), коряков, чукчей и якутов. Согласно условиям экспедиции, весь материал был отправлен в Нью-Йорк, в музей. Научные результаты обобщены в монографиях серии "Научные труды Джезуповской Северо-Тихоокеанской экспедиции". В программу экспедиции не входило изучение культуры и быта якутов, поскольку они не входили в перечень арктических народов.  Но Иохельсон, проживший среди якутов несколько лет в качестве политссыльного,  изучивший якутский язык и культуру народа, не упустил случая собрать и якутский материал. Его монография "Якуты" на английском языке, и полевые дневники, написанные по-русски чернилами на школьной тетрадке, хранятся в библиотеке и архивах американского музея.
 В письме к Францу Боасу от 17 июля 1902 года В. Иохельсон сообщает, что он отправил в Нью Йорк в Американский музей естественной истории 917 якутских артифактов (1). Часть этих изделий приобретена Иохельсоном в нынешнем Чурапчинском и Мегинском улусах, часть - в северных улусах.
Из богатой коллекции якутской одежды остановимся на редко встречающихся  или необычно декорированных образцах. Наиболее ценными из них, как раритет, являются хотойдоох сон, т.е. “шубы с орлом”, отсутствующие в якутских музеях. Они считались ценными и в старину, о чем писал  Маак : “якутка одевает ее поверх обыкновенной в тех случаях, когда в полном наряде и во всех украшениях едет в гости или для совершения свадебного обряда... Такая шуба составляет необходимую принадлежность приданого” (3. с. 232). Интересно более позднее свидетельство Серошевского: “Серповидный меховой (речного бобра) узор на спине, о котором говорит Маак, вышел из употребления. Я видел его на севере всего у трех свадебных сангыяхов. Все они были из отборного тарбаганьего меха без всяких других украшений: сзади  во всю спину пришит был узор, напоминающий орла с распущенными крыльями из того же меха, только более темного” (4. с.321). Таким образом, уже к концу XIX в. шубы с орлом стали редкостью и они сохранились только в северных улусах как семейные реликвии. Иохельсон называет такие шубы “кыбытыылаах сон”, т.е “пальто со вставками”. Он приобрел для Американского музея шесть шуб с орлом - две из них из шкуры жеребенка, по одной - из шкур теленка, олененка, рыси  и тарбагана. Фасон у всех “хотойдоох сон” одинаковый:  это распашные шубы длиной от 113 до 130 см и шириной от 110 до 156 см., мехом наружу, без воротника или с маленьким стоячим воротничком, рукава втачные, суживающиеся к запястью, завязываются кожаными тесемками.  Ширина шуб позволяет носить под ней довольно объемистый нарядный комплект.  Шуба из тарбагана золотисто-коричневого цвета с подкладом из тонкого красного сукна (70/8544) вывезена из Верхоянска. На спине имеется вставка в виде стилизованной птицы с раскинутыми крыльями из более темного меха бобра. Узкая  полоска того же меха украшает полы спереди, а сзади имитирует высокий разрез. Характерная черта большинства этих шуб - вместо традиционного для якутских шуб разреза сзади вшивается меховая или орнаментированная вставка. Если для обычных шуб разрез имел функциональную роль, то здесь не было необходимости расширять и так широкие шубы, предназначенные для езды в санях.
Другая шуба, приобретенная в Среднеколымске (70/8525), сшита целиком из рыси, по подолу проходит полоска из черных беличьих хвостов. “Крылья орла” из более темного меха выдры. Обшлага рукавов отделаны узкой полоской черного бархата и кантиком из красной ткани.  В отличие от других шуб сзади имеется настоящий разрез. 
Необычна по покрою шуба под номером 70/8499.  Она достаточно длинная (142 см),  но по ширине уже других - всего 112 см. Это говорит о том, что в данном случае мы имеем дело не с сагыняхом, надеваемом поверх другой теплой одежды, а с зимним пальто, покрой которого напоминает эвенский или юкагирский кафтан.  Основной материал - шкура жеребенка мехом наружу. Небольшой воротник и широкая полоса по подолу выполнены из темного тарбаганьего меха. Как в эвенских и юкагирских кафтанах, сзади ниже талии юбка собрана в две крупные складки, между которыми располагается декоративная вставка, состоящая из вертикальных чередующихся полосок  из белого конского камуса и черной шкуры коровы. На спине вшиты крылья птицы из черной шкуры жеребенка. По свидетельству Иохельсона, местные жители считали изображение крыльев птицы защитой плечевой лопатки, а на деле это, конечно, был  символический оберег в более широком смысле. Якуты не произносили вслух имя грозной священной птицы орел и предпочитали неопределенное слово “кыбытыы”, т.е. вставка, или аппликация.
Другую шубу Иохельсон называет  “бэстэрэйдээх сангыйах”(70/8523) - так называли местные жители шубу из белой шкуры годовалого олененка, по-видимому, за пестрые темные пятнышки на спине. Подол украшен полоской волчьего меха, а узкая горизонтальная вставка вдоль плеча, крылья птицы и небольшой воротничок выполнены из меха рыси. По подолу и бортам полы проходят орнаментированные полоски  из черного и белого жеребячьего меха. 
Таким образом шубы с орлом (хотойдоох соннор) из коллекции АМЕИ представляют собой редкие уникальные экземпляры исчезнувшей якутской верхней плечевой одежды, сохранившей древний родовой тотем орла и испытавшей  влияния одежды народов Севера.
Из других более распространенных типов пальто богатым декором отличается зимнее пальто “бууктаах сон” 70/8980, находящееся в экспозиции музея, в то время как другие описываемые здесь изделия хранятся в фондах. Экспозиция представляет собой модель избы-балагана, в которой изображена сцена камлания шамана у постели больной женщины. Восковые модели шамана, кутуруксута, больной и наблюдающей за происходящим событием женщины  одеты в лучшие образцы музейной коллекции. Пальто “бууктаах сон”, надетое на женщину-”зрительницу”, сшито из черного сукна и украшено широкими орнаментированными полосками красного сукна. Воротник и широкий подол выполнены из меха выдры,  края  подола и высокий разрез обшиты мехом рыси.  Разрез доходит почти до талии. Богатый растительный орнамент на красном сукне вышит серебряными нитками в технике рельефной глади с настилом, как это принято в русской золотошвейной вышивке. Размещение декора обычно для аналогичных богатых пальто: орнаментированная полоса располагается вдоль бортов и  над меховым подолом, сзади широкая кокетка переходит в вертикальный столб, похожий на коновязь, который упирается в трапециевидную фигуру, напоминающую луку праздничного седла. Боковые столбики  изгибаются книзу, подчеркивая с одной стороны талию, с другой - образуя  конфигурацию чорона на черном сукне. Таким образом, вся композиция декора оказывается связанной с обрядом праздничного кумысопития и культом коня.
Ярким колоритом за счет цвета тканей отличаются приобретенные в Чурапче летние пальто “кытыылаах сон” (70/8736)  из черного сукна, отделанные широкой каймой красного сукна и зеленого шелка “хаарыс солко”.  Ромбики на левом плече составлены из треугольничков красного и белого сукна.
В конце XIX века богатые женщины носили повседневные нарядные пальто из черного гладкого шелка с подкладкой из розового хлопчатобумажного материала, с бархатным воротником и с широкими рукавами с буфом (70/8980) или из материала типа шинельного сукна с ворсом, темно-серого цвета с бархатным воротником (Sib.0205).
Из множества разнообразных головных уборов, имеющихся в коллекции музея, хочется остановиться на одном образце. Это большая меховая шапка-дьабака  (70/8560) с беличьей подкладкой.  Высота шапки 44 см, ширина 37. Навершие чопчуур сшито из кусочков коричневого и светло-желтого гладкого меха выдры, спереди украшено серебряной пластиной туоhахта с гравированным орнаментом. Сзади на чопчуур с двух сторон пришиты ушки мелкого зверька, возможно белки. Передняя нижняя часть шапки сшита из хвостов белки, сзади - ондатра, и внизу заканчивается мехом рыси. В литературе такие шапки описываются как шапки с рожками (муостаах бэргэhэ) по археологическим раскопкам и относятся к XVIII веку. (2., с. 28). Ценность коллекции американского музея в том, что Иохельсон находил описываемые предметы не в археологических раскопках, а приобретал у самих носителей. 
Еще один раритет в  коллекции АМЕИ - это мужской  набедренник бэлэпчи - 70/8826. Длина его 50 см, ширина 29 см.  Этот вид одежды практически отсутствует в наших музеях и известен по описанию экземпляра, найденного И.В.Константиновым при раскопках якутских могил XVIII века. Американский экземпляр состоит из двух трапециевидных комбинированных частей, завязывающихся по бокам кожаными ремешками. Центр композиции составляет небольшой кусок кожи, отороченной широкой полосой черной конской шкурки. Украшен металлическими ромбиками и кантиками из ткани.
Музей располагает большим количеством поясов, в основном, кожаных, украшенных затейливо орнаментированными квадратными и фигурными серебряными пластинками. Немало и таких поясов, на которых по середине кожи нашивается лента ткани, украшенной вышивкой бисером и цветными нитками. 
Женские натазники сыалыйа выглядят очень нарядно. Они сшиты из хорошо выделанной мягкой тонкой светлой замши; звенящие металлические подвески заканчиваются внизу колокольчиками и наперстками, висящими на бусинных шнурочках (70/8825 и 70/8724). 
Разнообразна обувь : меховые кээнчэ, торбаза из ровдуги, камусов, кожи классического фасона.  Оторочки билэ неповторимы по красоте узора и разнообразию техники. Билэ из красного сукна (70/8809) украшено 14 рядами узора, выполненных низками фарфорового бисера белого, черного, синего и горчичного цвета, а средняя линия обогащена металлическими вставками. В другом случае торбаза из мягкой ровдуги, сарыы этэрбэс,  украшены оторочкой билэ из сукна желто-горчичного цвета, а края фиксированы полосками красного сукна. Лирообразный мотив узора в центре и шахматный орнамент вышиты нитками мулинэ белого, голубого и горчичного цвета, тонко сгармонированных между собой. Мысок носка и вертикальные швы подчеркнуты черным сукном, ровдужные завязки длинные и широкие. 
В качестве оригинальных прикладных изделий можно назвать так называемые протекторы, т.е. разнообразные предметы защиты: набрюшники из заячьей шкуры и более богатые из лисьей шкуры, украшенные сверху металлическими бляшками, налобник со свисающим спереди мехом, защита носа в виде небольшого лоскуточка заячьей шкурки с длинными завязками. Богато выглядит комплект налобника с наушником из меха  со свисающими по краям и сзади кожаными лентами, орнаментированными металлом и бисером (70/8559). Кроме типичных боа-моойторуков из заячьей шкуры есть и оригинальная защита шеи типа шарфика из шерстяной в клетку ткани, сзади завязывающейся лентами ровдуги (70/9297). 
Что касается знаковых функций  и символики элементов одежды, то несомненно все предметы и элементы декора, кроме утилитарного назначения и эстетической функции, играли роль защиты-оберега. В декоре нарядного пальто бууктаах сон, как мне кажется, четко наблюдается связь с общетюркским культом коня. Форма трапеции, так настойчиво повторяющаяся во всех видах народного искусства саха, ждет более глубокого изучения. Трапеция присутствует всюду  - и в конфигурации якутской избы, и в форме конских чепраков и чопчууров шапки дьабака, и в серебряных пластинах женских украшений, соединяющих гривны с подвесками,, и в декоре пальто. 
Невозможно представить себе праздничный наряд  якутской женщины без комплекта серебряных украшений. В АМЕИ хранится более 50 уникальных серебряных изделий, о которых Иохельсон с гордостью писал Боасу, что “вряд ли другие зарубежные музеи имеют подобную коллекцию”.(1).
Вышесказанное позволяет делать вывод о том, что к началу XX века якутская традиционная одежда еще сохранилась в быту в северных улусах, где Иохельсон, не производя археологических раскопок, нашел  изделия, считавшиеся исчезнувшими в центральной Якутии. Это позволяет удлинить принятое в современной этнографии и искусствоведении время бытования некоторых видов старинной одежды.
С другой стороны, мы еще раз убеждаемся в необходимости тщательно исследовать весь богатый материал, хранящийся в зарубежных музеях и издать единый свод произведений искусства народов Якутии зарубежных коллекций.

Литература

1.	 Архив АМЕИ. Jochelson to Boas. 4 / 17 July 1902.
2.	Гаврильева Р.С. Одежда народа саха конца XVII-середины XVIII века. - Новосибирск: Наука. Сиб. предприятие РАН, 1998.-144 с.
3.	 Маак Р.К. Вилюйский округ. - 2 изд., -М.: “Яна”, 1994. -592 с.
4.	 Серошевский В. Л. Якуты. Опыт этнографического исследования. - 2 изд., - М., -1993.- 736 с.  

   Сокр.:АМЕИ  - Американский музей естественной истории.